Eesti keeles In english
По-русски
Эстония » Вехи истории »

Coвeтcкиe депортации из Эстонии в 1940-х годах

23.03.2009

23 августа 2009 года исполнится 70 лет с момента подписания печально известного пакта Молотова-Риббентропа между нацистской Германией и Советским Союзом. В соответствии с секретными протоколами пакта Восточная Европа была разделена на сферы влияния. ПМР открыл дорогу германско-советскому сотрудничеству во Второй мировой войне (1939–1941). В ходе войны Эстония потеряла около 17,5 % населения. За советской оккупацией последовали события, о которых раньше только читали в исторических книгах и которые стали самым ужасным воспоминанием последних столетий – массовые депортации, затронувшие живших в Эстонии людей всех национальностей. Две депортации, наиболее значительно затронувшие Эстонию – 14 июня 1941 года и 25 марта 1949 года, стали скорбными памятными датами. Наиболее крупные депортации прошли 60 лет назад: 25 марта 1949 года из Эстонии было депортировано более 20 000 человек, в основном это были женщины и дети.


Пролог к депортациям 1940-х годов

23 августа 1939 года Советский Союз и нацистская Германия заключили так называемый пакт Молотова-Риббентропа, в секретных протоколах которого Центральная и Восточная Европа были разделены на соответствующие сферы влияния. 1 сентября 1939 года Германия начала Вторую мировую войну, напав на Польшу. 17 сентября другая сторона пакта, Советский Союз, начал выполнять свою роль, вторгшись в Польшу с востока, одновременно концентрируя крупные силы возле границ трех стран Прибалтики и Финляндии. Несмотря на то, что в начале Второй мировой войны правительство Эстонии заявило о полном нейтралитете, 28 сентября 1939 года Советский Союз прямыми военными угрозами вынудил Эстонию заключить так называемый двусторонний пакт о военной помощи, в результате чего военные базы СССР были размещены в Эстонии. Подобные договоры были навязаны и южным соседям Эстонии – Латвии и Литве. Серьезность давления и угроз Советского Союза доказывает факт, что когда Хельсинки отказались заключить такой договор с Москвой, СССР начал вторжение в Финляндию, известное как Зимняя война. Международное сообщество отреагировало на этот акт агрессии Советского Союза исключением СССР из Лиги наций. К несчастью, это никоим образом не повлияло на политику Советского Союза.

Летом 1940 года Советский Союз оккупировал и насильно аннексировал Эстонию вместе с Латвией и Литвой на основании вышеуказанного пакта Молотова-Риббентропа. Москва воспользовалась моментом, когда остальная часть мира была шокирована ужасными событиями во Франции. По инициативе советской власти в странах Прибалтики были организованы незаконные парламентские выборы с фальсифицированными результатами, которые демократические западные страны не признали. Советская власть немедленно ввела режим террора, жертвой которого стали и этнические меньшинства Эстонии – евреи и русские. Особое внимание обращалось на уничтожение культурной, деловой, политической и военной элиты нации.

Во время войны нацистская Германия вторглась в Советский Союз и оккупировала Эстонию с июля 1941 года по сентябрь 1944 года, после чего Советский Союз восстановил свою оккупацию.


Приготовления к репрессиям

Советский Союз начал приготовления к началу террора в гражданском обществе Эстонии еще до ее оккупации. Здесь, как и в любом другом месте, целью коммунистического террора было подавить любое возможное сопротивление в самом зародыше, а также распространить страх среди людей, чтобы управлять любым видом организованного общего движения сопротивления в будущем. В Эстонии запланированное уничтожение национальной элиты, т. е. большей части выдающихся и активных личностей, а также перемещение больших групп людей должно было уничтожить общественный и экономический строй. Списки репрессируемых были приготовлены задолго до начала репрессий. Изучение дел советских органов безопасности создает впечатление, что еще в начале 1930-х годов ими собирались данные о лицах, которые должны были быть подвергнуты репрессиям. Согласно изданной в 1941 году инструкции, на территориях, аннексируемых Советским Союзом, репрессиям должны были подвергнуться следующие категории людей, в том числе члены их семей: все члены бывших правительств, высшие государственные должностные лица и судьи, высший военный персонал, бывшие политики, члены организаций добровольного ополчения, члены студенческих организаций, лица, активно участвовавшие в антисоветском вооруженном бунте, русские эмигранты, офицеры полиции безопасности и офицеры полиции, представители иностранных компаний и в целом все люди, у которых были связи за рубежом, предприниматели и банкиры, священнослужители и члены Красного Креста. К этим категориям принадлежало около 23 процентов населения. В действительности подвергнувшихся репрессиям было намного больше, поскольку многие люди, не включенные в списки, стали жертвами сведения личных счетов.

Советские органы безопасности начали репрессивные действия в Эстонии еще до ее формального присоединения к Советскому Союзу во время оккупации. В июне 1940 года первые люди были задержаны по политическим соображениям, и затем их число только увеличивалось. 17 июля 1940 года последний главнокомандующий Эстонских вооруженных сил Йохан Лайдонер (Johan Laidoner) и его жена были сосланы в Пензу. 30 июля 1940 года Президент Эстонской Республики Константин Пятс (Konstantin Päts) и члены его семьи были сосланы в Уфу. Генерал Йохан Лайдонер и президент Константин Пятс умерли в заключении.


Начало массовых депортаций

Приготовления к проведению массовых депортаций начались не позднее 1940 года и были частью тотального насилия, направленного против населения, проживающего на оккупированных Советским Союзом территориях в период с 1939 по 1940 годы. Территории Украины и Белоруссии стали первыми, где прошли депортации. Первая письменная справка, содержащая короткое указание на то, что эстонцев необходимо изгнать в Сибирь, найдена в документах Андрея Жданова, сталинского комиссара, который контролировал уничтожение независимости Эстонии летом 1940 года. Описывая секретариат Центрального комитета всесоюзной коммунистической партии (большевиков) осенью 1940 года, местный представитель Москвы Владимир Бочкарев требовал, чтобы антисоветские элементы были изгнаны из Эстонской ССР. Конкретные приготовления к депортациям начались зимой 1940–1941 годов. 14 мая 1941 года Центральный комитет коммунистической партии (большевиков) и Совет народных комиссаров Советского Союза издали совершенно секретный приказ (№ 1299-526) «Приказ о депортации социально чуждых элементов из балтийских республик, Западной Украины, Западной Белоруссии и Молдавии».


14 июня 1941 года

Первый рейд депортации начался ночью 13 июня и ранним утром 14 июня. Семьи, уснувшие в пятницу вечером, не предчувствуя ничего плохого, были разбужены ранним утром ударами в дверь. Им вслух был зачитан указ, объявлявший их арестованными или подлежащими депортации с их родины без какого-либо судебного разбирательства или решения суда. Все их имущество было объявлено подлежащим конфискации. Людям был дан один час на сборы. Через несколько часов после начала депортации первые грузовики стали прибывать к вагонам, ожидающим на железнодорожных путях. Для этой цели было выделено 490 вагонов для перевозки скота. Поиск людей, подлежащих аресту или депортации, продолжался до утра 16 июня. Люди, проводившие депортацию, действовали с небывалой жестокостью: в переполненные вагоны для скота сажали даже беременных женщин и серьезно больных пожилых людей.

Согласно приказу Москвы, изданному 13 июня, 14–17 июня 1941 года из Эстонии было депортировано свыше 10 000 человек. Среди депортированных было более 7 000 женщин, детей и стариков. На сущность геноцида указывает тот факт, что более 25 % человек, депортированных в июне 1941 года, были несовершеннолетними (младше 16 лет). Депортация также серьезно затронула еврейское население Эстонии – среди депортированных было более 400 эстонских евреев, приблизительно 10 % всего еврейского населения Эстонии. Когда первые поезда с депортированными прибыли в пункт назначения, советская власть в Эстонии уже подготавливала вторую волну депортации. Но ее осуществление задержало нападение Германии на Советский Союз. Из-за стремительного продвижения фронта вторая депортация была выполнена только на острове Сааремаа.

В конце 1941 года следственные комитеты начали действовать в тюремных лагерях, производя дознание на месте и выполняя решения суда, согласно которым сотни заключенных были расстреляны. Весной 1942 года из более 3 000 мужчин, вывезенных в лагеря, в живых осталось всего пара сотен.

Судьба женщин и детей, высланных в отдаленные районы Кировской и Новосибирской областей, тоже была тяжелой. Из-за холода, голода и тяжелого труда многие ссыльные погибли. На родину вернулось всего 4 331 человек, что составляет менее половины депортированных в 1941 году.

Во время депортации 1941 года в течение одной недели в Россию было депортировано около 95 000 человек из Эстонии, Латвии, Литвы, Польши и Бессарабии (Молдовы).

Несколько мемуаров и документов свидетельствуют о трудной судьбе депортированных, среди которых наиболее шокирующий – дневник десятилетнего Рейна Варе (Rein Vare), который он вел в период с 1941 по 1944 год. Дневник рассказывает о его депортации и путешествии в Сибирь, а также о ежедневных переживаниях. Со свойственной взрослым серьезностью Рейн Варе иллюстрирует свой дневник надгробиями на могилах своих товарищей по играм. Значительная часть дневника посвящена его любимому отцу, Рейну Варе, директору школы в Саусти, который к тому времени уже умер от голода в лагере Исароскино. Но в дневнике своего сына он все еще был жив. Более благоприятно судьба сложилась для семьи в 1946 году, когда Рейну вместе с его сестрой было разрешено вернуться в Эстонию к родственникам. Тоска их матери по своим детям тогда была такой сильной, что она потеряла чувство реальности. Она сбежала из Сибири, пытаясь следовать за ними. К сожалению, она добралась только до Ленинграда, где была арестована и приговорена еще к трем годам трудового лагеря. В 1951 году молодой Рейн Варе, который к тому времени окончил школу в Эстонии, снова был арестован. Пару месяцев его держали в тюрьме Патарей в Таллинне, а затем он был выслан обратно в Сибирь. В итоге это сломало его. Несмотря на то, что в конце 1958 года семье Варе было наконец разрешено вернуться в Эстонию, члены семьи больше не были такими, как прежде. Рейн Варе озлобился против всего мира. В конце концов, он умер в оруэлловском 1984 году в Вильянди, где его тело было найдено через несколько дней после смерти. Обгрызенный крысами дневник Рейна Варе был найден и наконец опубликован. Этот документ, сравнимый с дневником Анны Франк, пережил все, чтобы стать свидетельством.

В 1944 году Красная армия снова оккупировала Эстонию. Советские оккупационные силы применяли постоянные репрессии против местного населения. 15 августа 1945 года советская власть организовала депортацию в Сибирь свыше 400 человек; большинство было немецкого происхождения. Причина их депортации совершенно не была связана с их деятельностью во время войны и даже не была расследована. Это было коллективное наказание, депортация всей (хотя и небольшой) национальной группы. В результате этой депортации Эстония навсегда потеряла одно из своих национальных меньшинств – прибалтийских немцев.


25 марта 1949 года

Вскоре после этого между советскими органами власти началось обсуждение осуществления новой массовой депортации, более масштабной, чем депортация 1941 года. В 1946 году эта тема обсуждалась в Центральном комитете Эстонской коммунистической партии (ЭКП). Тайные приготовления длились два года, и в марте 1949 года оккупационная власть была готова к проведению новой депортации. В ходе операции, начавшейся 25 марта 1949 года, свыше 20 000 человек – почти 3 процента от населения Эстонии в 1945 году – в течение нескольких дней было арестовано и выслано в отдаленные районы Сибири. Депортации требовала Коммунистическая партия, чтобы завершить коллективизацию и «уничтожить кулаков как класс». Почти одной трети объявленных «кулаками» удалось уйти от захватчиков. По словам секретаря партии Николая Каротамма (Nikolai Karotamm), остальные семьи были «схвачены», чтобы «выполнить план». Большинство из депортированных в  1949 году составляли женщины (49,4 %) и дети (29,8 %). Самому младшему депортированному было меньше года; старшему было 95 лет. В поезде родилось как минимум 2 ребенка. Также существует дело о четырех детях, высланных в Сибирь из Раквере без их родителей после того, как их в течение двух дней держали в качестве заложников, чтобы поймать в ловушку их родителей.

Особенно негуманной была повторная депортация в конце войны детей, которые вначале были депортированы в 1941 году, и затем им было разрешено вернуться к своим родственникам в Эстонию. 5 000 эстонцев было выслано в Омскую область, в регион, подвергающийся прямому воздействию Семипалатинского ядерного полигона. Жертвы лучевой болезни оставались без лечения десятилетиями. Больным людям, а также родителям детей, родившихся с аномалиями, говорили, что они заразились инфекцией бруцеллеза от животных.


Последние депортации и возвращение депортированных

Давление также было направлено на религиозные общины в государстве, ставшим атеистическим. Последняя послевоенная депортация произошла в апреле 1951 года, когда 353 свидетеля Иеговы с членами их семей было выслано в Сибирь. Эта акция была частью крупномасштабной операции во всем СССР, в ходе которой свидетелей Иеговы систематически депортировали из государств и территорий, оккупированных Советским Союзом.

До конца 1950-х годов депортированные, выжившие в испытаниях, не имели возможности вернуться на родину, но, несмотря на частичную реабилитацию, в Советском Союзе они все еще оставались гражданами второго сорта. Большая часть из них все еще оставалась под наблюдением органов безопасности; конфискованное имущество им не было возвращено, и никаких официальных извинений не было.


Юридическая оценка и конкретная ответственность

Юридическое определение преступлений против человечества было сформулировано для нужд Нюрнбергского процесса, однако запрещение враждебности по отношению к гражданскому населению уже давно было известным явлением европейской цивилизации. Так называемая оговорка Мартена к Гаагской конвенции от 1899 года подчеркивала требование гуманности во всех военных ситуациях. Для Нюрнбергского процесса определение преступлений против человечества включало в себя депортации (статья 6(с)). Опыт Нюрнберга делает очевидным тот факт, что массовые акты насилия против гражданского населения с полной уверенностью можно считать преступлениями против человечества. Печально, что Россия, юридический преемник Советского Союза и один из победителей Второй мировой войны, не признала депортации, которые болезненно затронули оккупированные народы, в том числе и русский народ, преступлением против человечества.

Во время советской оккупации вся информация, связанная с депортациями, была совершенно секретной, поэтому привлечь виновных к правосудию было невозможно. Права депортированных были полностью восстановлены только после восстановления независимости Эстонии в 1991 году. 2 октября 1998 года Президент Эстонии Леннарт Мери (Lennart Meri) созвал Европейскую международную комиссию по расследованию преступлений против человечества. Расследование преступлений против человечества, совершенных против граждан Эстонии или на территории Эстонии во время оккупации Советским Союзом и нацистской Германией было определено главной целью работы Комиссии. Комиссия убеждена, что депортация, несомненно, является преступлением против человечества. Отчеты Международной комиссии по расследованию преступлений против человечества были опубликованы на интернет-странице по адресу: http://www.historycommission.ee/temp/index.htm.

18 февраля 2002 года парламент Эстонии объявил депортации преступлением против человечества без ограничения срока давности и заявил, что ответственными за них сторонами была Коммунистическая партия СССР, которая руководила деятельностью органов подавления СССР, и отделение этой организации в оккупированной Эстонии. В этом же решении подчеркнуто, что индивидуальная ответственность за преступления режима не определяется членством в одной из вышеуказанных организаций, но индивидуальным участием в фактической реализации преступлений против человечества. Решение об участии физического лица в преступлениях против человечества может принять только суд.

TopBack